Вторник , 7 декабря 2021

Легенда о Флорентине

К югу от центра старого Тель-Авива, на восток от Яффо расположен квартал, основанный в начале 30-х годов прошлого века зажиточным евреем из Салоников по имени Соломон Флорентин

474144_3132768416037_1310135878_o

Александр НЕПОМНЯЩИЙ
Фото Сергея Демянчука

Поселившись в Эрец-Исраэль в 1924 году, богач выкупил пустыри, остававшиеся между Яффо и Тель-Авивом, и построил там себе дом. Провел из Яффо воду и начал возводить вокруг дешевые дома, которые продавал небогатым еврейским ремесленникам и мелким лавочникам. В честь своего основателя новый район был назван Флорентином.

Население квартала составляли в основном небогатые выходцы с Балканского полуострова; немало было также иммигрантов из Северной Африки и из Бухары. Тут же поселились польские хасиды, которым оказался не по карману соседний Тель-Авив.

В отличие от других тель-авивских районов, относительно благоустроенных и ухоженных, Флорентин получился несколько несуразным: скученным, шумным и суетливым. Но все же по-своему уютным, живым, с бесконечными склоками разноязыких обитателей, с неумолкающим гулом и дребезжанием многочисленных мастерских, с терпким ароматом множества пряностей, разносимым ветром от рынка по соседним улицам.

Здесь, прибыв из Польши в холодный зимний месяц шват 1935 года, поселился со своей семьей совсем молодой раввин Ицхак Ядидия Френкель. Рассудительный, открытый и отзывчивый раввин вскоре стал душой этого пестрого квартала, духовным наставником его жителей, приходивших к нему со всеми своими заботами.

Рассказывают, что однажды вечером в синагогу «Ахават хесед» («Любовь к праведности»), которую Френкель построил на деньги, собранные местными жителями, и где он часто засиживался допоздна над священными книгами, постучал сам основатель квартала Соломон Флорентин. И поведал он раввину, что одолевает его мятежный демон Асмодей, сын Аграт бат Махлат. Мол, как-то раз оказал бес Флорентину важную услугу — то ли в табачном бизнесе, на котором тот сколотил состояние еще в Греции, то ли с получением разрешения на строительство в этом районе.

Флорентин уже и думать забыл об этой истории, как вдруг Асмодей возник снова и потребовал плату за свое прежнее одолжение. И теперь богач спрашивал Ицхака Френкеля, нельзя ли как-нибудь избавиться от беса с помощью скрытого знания, Каббалы, которое раввину, несмотря на его молодость, было открыто.

Покачал головой раввин:

— Тора предписывает нам никогда не оставлять неоплаченным добро, сделанное тебе. Надо быть благодарным, даже если услугу оказал бес-обманщик. Раз ты принял от него помощь, ничего не поделаешь. Вызовем Асмодея и попробуем договориться с ним о цене.

Сказал раввин Флорентину читать 91-й псалом Давида: «Живущий под покровом Всевышнего в тени Всемогущего обитает… Не устрашишься ужаса ночного, стрелы, летящей днем, мора, во мраке ходящего, чумы, похищающей в полдень…»

А сам, написав на бумаге имя беса, зачеркнул последнюю букву «йуд» и призвал демона предстать перед ним. Но не явился Асмодей. Лишь темная туча закрыла луну, гася ее мягкий свет за окном синагоги.

Зачеркнул тогда раввин Френкель предпоследнюю букву имени беса, «алеф», и позвал его вновь. Захлопали ставни на окнах от внезапных порывов ветра, задрожали стекла. Но и на этот раз не пришел Асмодей.

И снова зачеркнул букву раввин, на этот раз третью с конца, «далет», и опять вызвал к себе беса. Наконец в наступившей тишине предстал Асмодей, сын Аграт бат Махлат, перед раввином.

Потребовал он в награду за услугу, оказанную когда-то Соломону Флорентину, позволить ему жить вольно и в свое удовольствие в квартале, на принадлежащей богачу земле, насмехаясь над теми, кто поддастся его козням и искушениям.

— Нет, Асмодей, — возразил ему раввин, — за услугу, оказанную однажды, ты не можешь получить вечное право искушать здешних жителей.

Стали они спорить о сроках сделки и после долгих торгов, уже под самое утро, сошлись, наконец, на 85 годах. И записал демон в договоре: «В квартале Флорентин дозволено будет Асмодею, сыну Аграт бат Махлат, оставаться свободно 85 лет». И поставили бес и Флорентин свои подписи под этим текстом.

Расхохотался тут бесстыжий Асмодей. В подписанном договоре, объяснил он, цифра 85 была записана, как и положено по еврейской традиции, буквами «пей» (פ, соответствует числу 80) и «хэй» (ה, соответствует 5), но без двойного гереша — апострофа, превращающего буквы в числительные. В таком виде сочетание двух букв образовывало слово по (פה), то есть «здесь», в корне меняя суть договора: «В квартале Флорентин дозволено будет Асмодею, сыну Аграт бат Махлат, оставаться свободно здесь годами». Ликуя, хитрый Асмодей исчез в ночи.

С тех пор раввин Френкель (который в конце жизни стал главным ашкеназским раввином Тель-Авива и Яффо), подписывая любой документ, всегда внимательно проверял каждую букву. Даже маленький, едва заметный гереш, говорил он, может полностью изменить смысл текста.

* * *

Вот такую удивительную историю рассказывают старожилы квартала Флорентин. Сегодня он превратился в одно из самых неординарных мест Тель-Авива, эпицентр его ночной жизни, безудержного хулиганского веселья, которое не всегда укладывается в рамки закона.

И сколько бы городские власти ни пытались с этим бороться, ничего у них не выходит. Будто и вправду демон-искуситель Асмодей, сын Аграт бат Махлат, до сих пор обретается на узких улицах Флорентина, вдыхая в них свой мятежный, непокорный дух.

Jewish.ru

About Dmitry Khotckevich

Check Also

Париж времен Моссада

Как израильские спецслужбы устраняли террористов во Франции

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *