Четверг , 26 ноября 2020
Фото: Victoria Pickering

Алекс ТАРН | Не могу дышать

Манифест вскипевшего разума

«Не могу дышать…» – прохрипел он, перед тем как вернуть душу Богу – который, будем надеяться, сможет заново употребить эту вечную субстанцию для наполнения иного, более достойного человеческого материала. Что и говорить, смерть от удушья под коленом чересчур ретивого копа вряд ли можно приветствовать, хотя министерство финансов наверняка, пусть и втайне, считает иначе. Ведь каждый вдох мистера Флойда (а успел-то он надышать будьте-нате) стоил американским налогоплательщикам как минимум нескольких центов, потраченных на продуктовые талоны, благодаря которым этот бездельник весьма неплохо питался, на помощь матерям-одиночкам, которых он бросал, обрюхатив, на борьбу с наркотиками, которые он ревностно потреблял, и на предотвращение грабежей и мошенничества, которыми Большой Джорджи занимался в свободное от героиновой отключки время.

Тем не менее, жизнь есть жизнь, и она, как правильно замечал некий советский писатель, дается людям не для того, чтобы им было мучительно больно под чьим-то удушающим коленом – даже учитывая вышеупомянутую экономию бюджета. К тому же, я и сам чувствую некоторую солидарность с теми, на чьих футболках сегодня написано «Не могу дышать…». Потому что, представьте, тоже «не могу».

Я не могу дышать из-за придавившего мою шею оккупантского колена левой прогрессистской кодлы, которая давно уже превратила некогда свободное западное общество в один большой концентрационный лагерь, удушаемый жесточайшей диктатурой «политкорректности».

Я не могу дышать из-за того, что эта кодла может в любой момент превратить любого нормального человека в прокаженные, влепить ему на лоб каиново клеймо, шельмовать и линчевать, сломать жизнь ему и его семье, заставить его публично каяться, плакать и ползать на брюхе, а затем выбросить в выгребную яму и пойти за следующей жертвой. Подобный уровень и объем людоедства не снился даже изощренным сталинским инквизиторам.

Я не могу дышать из-за поганого оруэлловского языка, который оккупанты силой вколачивают мне в глотку – пока еще не вместе с зубами, но, видимо, недалеко и до зубов. Я не могу дышать от всех этих «слушательниц и слушателей» вместо обычного «слушатели», включающего и тех, и других. От «родителя №1 и родителя №2» вместо «мамы и папы». От «члена ЛГБТ-общины» вместо «гомосексуалиста». От «менструирующего человека» вместо «женщины». От «ослабленных» вместо «слабых», от «альтернативно одаренных» вместо «дебилов» и от всех прочих многочисленных псевдо-понятий, навязываемых мне грубым тоталитарным диктатом.

Я не могу дышать из-за запретов на профессии и на «неполиткорректные» научные темы, из-за увольнения профессоров и отстранения преподавателей, которые осмелились – нет, не протестовать! – но всего лишь славить оккупацию не так громко, как ей бы хотелось.

Я не могу дышать из-за повседневного вранья, выдаваемого за «научный взгляд на вещи», из-за запретов на технологии, из-за брехливой «борьбы с потеплением», которая грозит всеобщей безработицей, голодом и гибелью цивилизации.

Я не могу дышать из-за душителей и людоедов, председательствующих во всевозможных комиссиях и комитетах ООН, из-за серийных убийц, напяливших мантии судей международного суда, из-за кровавых диктаторов, с наглым видом поучающих пока еще относительно свободный мир, как надо соблюдать права человека.

Я не могу дышать, когда средневековые исламские головорезы, запущенные прогрессистами в цивилизованный мир под видом несчастных «беженцев», превращают некогда нормальные городские районы в арены безнаказанных грабежей и изнасилований.

Я не могу дышать, когда хулиганствующее быдло любого цвета вулканической лавой выползает на улицы наших городов, громя и поджигая все, что подлежит разгрому и поджогу, а полиция трусливо ретируется по приказу угодных быдлу прогрессистских политиканов.

Я не могу дышать, когда некогда свободные люди некогда свободной страны, пав на колени, лижут обоссанные сапоги ухмыляющегося погромщика из опасения потерять семью, заработок, здоровье, роль, контракт, место в стартовом составе.

Я не могу дышать из-за страха за своих внуков, которым оставляю мир, оккупированный левыми подлецами.

Я не могу дышать! Слышите?! Я не могу дышать!

Вы тоже не можете? Вы спрашиваете, что надо делать, пока нас окончательно не придушили, как «великомученика» Флойда? Уверяю вас, дело идет именно к этому – причем, буквально, без литературных гипербол. Разница лишь в том, что нас, нормальных людей, не будут хоронить в золотом гробу, а столкнут в общую яму бульдозерным ножом – если к тому времени на земле останутся бульдозеры. Впрочем, «прогрессисты» Пол Пота, помнится, справились с захоронением четверти камбоджийского населения и без бульдозеров, одними мотыгами…

Я скажу вам, что делать. Собственно, этот ответ очевиден. Оккупацию свергают лишь одним путем: бунтом, восстанием, сопротивлением. Конечно, я не зову вас на улицы бить витрины и жечь покрышки. Нормальные люди редко ходят даже на мирные манифестации, а уж на сопряженные с насилием – и подавно. Нормальные люди живут нормальной жизнью, которая состоит из нормальной семьи, нормальной работы и нормального досуга. Им трудно найти время, чтобы стоять в пикетах, потрясать плакатами и давать физический отпор отморозкам, которые заведомо превосходят их в умении бить, мучить и убивать. Я не могу просить вас, нормальных, стать ненормальными.

Но это не значит, что вы не способны на восстание.

Начните его – каждый на своем месте. Начните с принципиального отказа от языка оккупантов. Это только кажется, что инверсный оруэлловский язык – следствие оккупации; в реальности все обстоит ровно наоборот. Сначала левая прогрессистская кодла ломает нормальную речь, смещая таким образом значение понятий, а уже потом принимается складывать из этого лживого материала лживые дворцы «универсальных ценностей». Отказывайтесь быть «родителем №». Норма – не преступление, а отклонение от нормы – не доблесть. Будьте теми, кто вы есть на самом деле: женщиной, мужчиной, матерью, отцом, белым, черным, желтым, ультрамариновым… – и принципиально отказывайтесь раскаиваться в этом статусе. Слегка перефразируя Цветаеву: «На их преступный мир один ответ – отказ!»

И второе, не менее важное: не стесняйтесь давать принципиальную моральную оценку проявлениям левой подлости в своем ближайшем окружении. Поддерживая нормальные дружеские отношения с леваками и с теми, кто голосует за леваков, вы нормализуете оккупацию, придаете ей легитимный моральный статус. Помните: мнимая симметрия между «левыми» и «правыми» – одно из типичных «смещенных понятий» прогрессистов. Оккупант, лжец и разрушитель не может быть симметричен нормальному человеку. Они нагло присвоили себе звания либералов и гуманистов, но их удушающий тоталитаризм не имеет ничего общего с liberty, а их «гуманизм» происходит не от слова human, а от слова humus.

Левый значит подлый. Вы – нормальные, леваки-прогрессисты – отклонение от нормы, прежде всего – моральной. Оккупационное левое мировоззрение не подлежит пока уголовному суду, как родственная ему идеология фашизма, но это не должно мешать бескомпромиссному моральному осуждению его подлых адептов и сочувствующих им. Не дискутируйте с прогрессистами, вставая таким образом на один уровень с ними – просто исключите их из числа своих друзей: возможно, это заставит кое-кого из них призадуматься.

Кто-то скажет: этого мало. Но с чего-то ведь надо начинать, не так ли? Так почему бы, вдобавок к пустым жалобам в соцсетях, не начать с себя самого, со своего личного поведения, со своего личного круга – без каких-либо протестов, демонстраций, репараций и контрибуций? Потому что оккупация уже зашла слишком далеко, и, если просто хрипеть «Не могу дышать…», дело кончится совсем худо. Худо для всех.

About Dmitry Khotckevich

Check Also

Авраам ИСРАЭЛИ | Охота к целованию ботинок

Сон, навеянный последними событиями

5 комментариев

  1. Белый заявивший, например, что “ВСЕ ЖИЗНИ ВАЖНЫ”, тут же объявляется расистом, и общество начинает относиться к нему, как сенатор Маккарти к коммунистам. Если бы черные и белые граждане Америки знали, что в свое время в СССР активно претворялся в жизнь сталинский принцип: “Незаменимых людей нет”, то есть “НИКАКАЯ ЖИЗНЬ НЕ ВАЖНА”, то возможно они бы перестали так рьяно бороться за свои социалистические идеалы.

  2. Leonid Madoff

    Насколько был несогласен с Алексом касательно его анализа книги Веллера «Еретик» (в которой Михаил Иосифович и предрекал нынепроисходящее и активную роль евреев — в грядущем бардаке. Уж слишком сильно сидит в иудаизме социалистическая идея построения «мира добра и справедливости», вот только в 19-м веке было утеряно условие возможности этого построения: «после прихода Машиаха», и масса молодых евреев выбросила Тору и стала поклоняться «Капиталу»), настолько же абсолютно согласен с «категорическим императивом» разрыва отношений с неправыми (т.к. термин «левый» — это выдумка коммунячьей идеологии и сегодня не соответствует «класовой сущности» того клише).
    Вот только есть одно, но колоссальное НО…
    Начать «со своего личного круга»…
    Дети находятся в социуме и этот социум влияет на их мировоззрение подчас гораздо сильнее, чем авторитет, знания и опыт родителей. И к этому примешивается страх детей: они хотят быть конформистами (срабатывает четвертый из существующих безусловных рефлексов — инстинкт самосохранения). И, при всей правильности призыва «жестоковыйного Алекса» (С), озвучу древний, как этот мир, вопрос: «Что же делать с детьми и их мозгами, инфицированными раковой бациллой модифицированной коммунячьей заразы?» Они не хотят выглядеть «белой вороной», для них гораздо важнее, чем поучения родителей, «быть как все» и подчиняться «правилу трамвая»: «Не высовывайся!»
    Тема-то — гораздо глубже… И рассказывать детям о том, что мощнейший всплеск этой массовой шизофрении уже была в начале 20-го века… Пытаться знакомить их с работами Томаса Мальтуса…
    И даже упоминание того, чем кончилась то массовое психическое заболевание — увы, но бессмысленно: для детей начало Первой мировой и последовавшим коммунячьим бунтом — все равно, что падение Великой Римской империи: «давно и неправда».
    А про Закон Циклов ни в школе, ни в универе — не учат.

    • неплохо было бы уточнить, что лозунг «незаменимых людей у нас нет» появился после принятия конституции 36 года, возвратившей все права так называемым «лишенцам». и обращен он был к партийным руководителям, со времен гражданской войны забронзовевшим на своих управленческих постах.

      к бывшим красным комиссарам, привыкшим считать себя неприкасаемой кастой по праву своих бывших заслуг перед сов. властью.

  3. В»Н
    ПОВТОРНО
    Ефим Майданик 19.06.2020 г.
    ————
    Efim Maidanik
    15 июня (2020 г.) Efв 17:07 •
    В»Н
    Aleks Tarn
    (без перевода с укр. яз.)
    «Сім мішків гречаної вовни» — «Намолоти сім мішків гречаної вовни у ролі прис. — наговорити дурниць, нісенітниць».
    Простейший совет читающим этот «поток сознания» — фраза «Дышите глубже. Вы взволнованы» (Ильф и Петров).
    Можно начинать и с этого «Я скажу вам, что делать» — «А бойтесь единственно только того, Кто скажет: «Я знаю, как надо!»» (А. Галич).
    И — в заключение: «Слегка перефразируя Цветаеву: «На их преступный мир один ответ – отказ!». Примените это к статье (которую любезно поместил Elijah Liebenstein) — ОТКАЗ читать, а тем более распространять такое. МОЖНО ведь начать со слов «ТОРА» и «Иудаизм».
    Можно начинать с имен РАББИ МЕИР КАХАНЕ и ДЖОНАТАН ПОЛЛАРД. Можно начинать с вопросов. Привожу для иллюстрации ОДИН отрывок.
    (из моего архива):
    ——
    «В 1944 г. еврейский ученый Исидор Раби получил Нобелевскую премию за выдающееся открытие в области физики. Когда ему задали вопрос: «Что помогло Вам добиться такого успеха?» — он ответил: «Мои родители. Когда я приходил из школы, меня никогда не спрашивали: «Что ты сегодня выучил?» Мне говорили: «Ты задал сегодня хороший вопрос?»» (Цитируется в «Джерузалем пост», 28.05.2006, статья раввина А. Штайнзальца «Curiosity tops relevancy,» By Adin Steinsaltz, The JP, May 28, 2006, p.13).

    У меня нет иллюзий. То, что я назвал — НЕ ДЛЯ подавляющего большинства посетителей «Фейсбук». Но все равно я продолжаю напоминать им о ТОРЕ, о раве Кахане, о «евреях в беде» — и цитирую слова Голды Елин «Я им не буду молчать!» и лозунг знакомого англоязычного журналиста Давида Бедина «Let My People Know!» И я признателен тем — ОЧЕНЬ НЕМНОГИМ! — евреям, которые помогают распространять мои публикации (и администрации «Фейсбук», время от времени помещающей их).
    И — хоть это не всем по вкусу — для совсем ленивых привожу адрес своей эл. почты [email protected]
    Ефим МАЙДАНИК 15.06.2020 г.
    ——-

  4. «Оккупационное левое мировоззрение не подлежит пока уголовному суду, как родственная ему идеология фашизма»

    Идеология − любая − вообще не подлежит уголовному суду (по крайней мере, в нормальных странах). Уг. суду подлежат действия (иногда − бездействие) и членство в преступной организации.

Добавить комментарий для Efim MAIDANIK Отменить ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *