Союз, который продлился почти до конца века

Как прадедушка-казак женился на прабабушке-еврейке.

Андрей ГРАФОВ
Фотоиллюстрация: Michael Brant | Flickr

Город Грозный, 1925 год. Дедушка Толя и бабушка Гута – молодые комсомольцы без национальных и религиозных предрассудков. Дружба со школьной скамьи, первая любовь, юные чувства… И тут на сцену выходят Монтекки и Капулетти. У молодых влюбленных резко обогащается словарный запас: бабушка Гута узнает, что она «нехристь»; дедушка Толя выясняет, что он «шейгец». Мать-казачка плачет «как же я вас буду иконой благословлять»; мать-еврейка рыдает «он тебе погром устроит». Отцов уже нет в живых, а то неровен час дошло бы до смертоубийства.

Однако молодые непреклонны. Смекнув, что угрозами дело не поправишь, евреи отправляют к жениху дипломатическую делегацию. К дедушке Толе приходят бабушкин брат Лёва (тот самый, который спекулянт) и дядя Зеня (тот самый, который сионист).

– Анатолий! – говорят они ему. – Гута, конечно, девушка красивая. Но красота это, знаете ли, еще совсем не всё. Вы Гуту знаете исключительно внешне; а мы-то ее знаем хорошенько изнутри! Слушайте добрый совет, Анатолий: не связывайтесь с этой девицей…

И дальше бедный дедушка Толя, на тот момент восемнадцати лет отроду, выслушивает про свою невесту ТАКОЕ, отчего у него начинает шевелиться мех на папахе. По описанию любящих родственников, *слабоумная* – это был наименьший недостаток дорогой сестры и племянницы.

Однако где наша не пропадала. Дедушка Толя быстро пришел в себя, взял карандаш и аккуратно выписал оглашенный список недостатков невесты. После чего, рассуждая исключительно логически, пошел по списку и предложил свой план по исправлению всех недостатков, которые перечислили Лёва и Зеня.

– Так что не извольте беспокоиться, уважаемый Лев и… И вы тоже не извольте.

Еврейская делегация удалилась несолоно хлебавши.

Тем временем бабушка Гута собиралась уходить из дома. Мама Фейга предусмотрительно спрятала все чемоданы. Но опять-таки, где наша не пропадала. Бабушка Гута натянула на себя три платья и две кофты, взяла в руки запасную пару туфель и двинулась к выходу.

– Только через мой труп! – воскликнула мама Фейга и рухнула на пороге замертво.

– Она притворяется, – спокойно сказала бабушка Гута и перешагнула через родную мать.

Родная мать приоткрыла один глаз и, увидев, что дочь уходит, быстренько встала и побежала за ней по улице:

– Гута, остановись! Он же казак! Он будет обзывать тебя жидовской мордой!

Бабушка отрезала:

– Не будет. Он комсомолец.

И вскочила на подножку трамвая.

В обеденный перерыв молодые без торжеств расписались в ЗАГСе и отправились на работу. Так начался союз, который продлился почти до конца века.

* * *

Постскриптум этой истории известен только мне. Разбирая записи дедушки Толи, я наткнулся на генеалогическое древо, которое он, будучи потомственным военным, составил чрезвычайно подробно, с перечислением всех обстоятельств боевой биографии своих прославленных предков. Оттуда я узнал, что его дедушка – разумеется, казак; разумеется, офицер – в середине XIX века служил в Польше и привез оттуда невесту к себе на Кавказ. Невеста была из крещенных евреев. Она стала бабушкой моего дедушки Толи. Бабушкой по материнской линии.

Отсюда следует, что с точки зрения религиозного закона казак дедушка Толя тоже был евреем. Отсюда следует, что напрасно матери проливали слезы и ругались разными нехорошими словами. Отсюда следует, что брак де-факто состоялся.

Отсюда много чего следует, на самом деле.

About Dmitry Khotckevich

Check Also

Слом шаблона об колено

Ханукальные истории от мамы «хатуля мадана»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *