Четверг , Сентябрь 19 2019
Home / Актуально / Слушай, Израиль!

Слушай, Израиль!

Те, кто надеялся, что многотысячная демонстрация в Иерусалиме перейдет во вспышку насилия и закончится столкновениями между ультраортодоксами и полицией, явно просчитались. Начавшаяся с чтения псалмов под завораживающий хасидский нигун, она превратилась в массовую молитву, закончившуюся настоящим еврейским фрейлехсом — таким захватывающим и таким до боли родным…

Петр Люкимсон

Обозреватели, написавшие в различных СМИ, что это была «демонстрация против призыва» или даже «демонстрация против государства», лгут. Передо мной листовка с призывом принять участие в массовой общественной молитве. «Да — Торе. Да — государству. Нет — принудительному призыву!» — выведен внизу крупными буквами главный лозунг демонстрантов. Обратите внимание: «нет» не призыву ультраортодоксов в армию вообще, а именно принудительному призыву, под угрозой тюремного заключения. Существенная разница!

Тот, кто, подобно ведущему обозревателю «Едиот ахронот» Нахуму Барнеа, пытается утверждать, что демонстрация была менее мощной, чем ожидалось, что в ней приняли участие не полмиллиона, как обещали лидеры харедим, а «всего» 300, максимум 350 тысяч человек, либо лукавит, либо сам не понимает, что говорит. Речь идет о самой крупной общественной акции со времен печальной памяти «размежевания» с Газой, причем стоит вспомнить, что обычно на подготовку акций такого масштаба уходит месяц-полтора. Эта демонстрация была организована буквально за пару дней: решение о ее проведении было принято лишь в минувший вторник, 25 февраля. Поэтому куда лучше честно признать, что ультраортодоксальная община, представители которой заполнили в воскресенье улицы столицы, продемонстрировала свою способность к единству и готовность к борьбе против закона о всеобщем призыве в том виде, в каком его готовится принять кнессет. А признав, задуматься над тем, не стоит ли что-либо изменить в этом законе, вопреки желанию некоторых политиков-популистов и наиболее радикально настроенной части светского Израиля.

Моя твоя не понимай

Безусловно, значительную часть тех, кто прибыл в Иерусалим на общественную молитву, составляли ультраортодоксы, живущие в Меа-Шеарим и приехавшие из Бней-Брака, Эльада, Бейтара, Модиин-Илита и других городов страны. Однако среди демонстрантов были и парни в вязаных кипах, и даже группа светских граждан, державших плакаты с лозунгом «Светские евреи — за изучение Торы».

— Я приехал на демонстрацию, потому что убежден: Тора — это главное достояние нашего народа. Всегда должны быть люди, которые посвящают ее изучению все свое время. Я счастлив, что, прослужив три года в боевых частях, защищал этих людей. Я доволен тем, что часть моих немалых налогов идет на поддержку их семей. А вот если их решат этой поддержки, я буду считать, что мои налоги распределяют неправильно. Именно поэтому я и решил поехать на демонстрацию, — сказал мне инженер-механик Авихай Берлинер, которого я помню еще с тех времен, когда он был вожатым в обществе «Бней-Акива».

Повторю: людей в вязаных кипах на демонстрации было немало. В числе прочих среди них был замечен и раввин Цфата Шмуэль Элиягу.

— Разумеется, я за то, чтобы все евреи служили в еврейской армии, — сказал он обступившим его журналистам. — Но я против того, чтобы такие вопросы решались силовым путем и подрывали единство народа. Главное — помнить, что мы один народ, и вести диалог друг с другом. А отправка несогласных в тюрьму — это, знаете ли, уже не диалог.

Из разговоров со знакомыми учащимися ешив и коллелей Бней-Брака выяснилось, что к объединению ортодоксальной общины привела именно нынешняя формулировка закона о призыве.

— Пока шла речь о том, должны ли бейниши и аврехи служить в армии, даже между главами ешив шел спор, — рассказал мне учащийся одной из ешив Бней-Брака Гилель Тейтельбойм. — У нас в ешиве некоторые считали, что часть должна пойти служить, а часть — остаться. Я, например, хочу служить. Более того, считаю, что армия подходит мне по характеру и я могу стать офицером… Словом, еще недавно никакого единства не было и многие крупные раввины были готовы к компромиссу. Но с тех пор, как было решено, что тот, кто не явится на призывной пункт, может оказаться в тюрьме, все изменилось. Раввины объединились. Мы все объединились. Я уже не могу пойти служить в армию, зная, что мой товарищ по ешиве может оказаться в тюрьме только потому, что он решил предпочесть армейской службе изучение Торы. Если такое, не дай Бог, произойдет, это будет означать, что я — предатель, а он делает «кидуш а-Шем» (освящение имени Всевышнего) во имя Торы. И потому теперь никто не пойдет служить. Пусть сажают всех!

— Во всем виноваты политики! — убежден товарищ Гилеля Ицхок-Исроэль Шиф. — Призыв шел, и с каждым годом в Бней-Браке было все больше парней в форме. Как раз недавно на этих ребят перестали смотреть, как на изгоев, некоторые родители даже стали гордиться ими, начали появляться с сыновьями в военной форме в магазинах, в микве. Раньше такое было просто непредставимо. И вот группа политиков своим законом все разрушила.

Эти и другие разговоры свидетельствуют: ультраортодоксальная молодежь созрела для службы в армии, многие искренне хотят служить, но именно на условиях некого общественного договора. Уголовные санкции, как и предсказывали многие члены комиссии Шакед, оказались своего рода красной чертой, переход за которую повернул уже идущие позитивные процессы вспять.

О том, чем была вызвана демонстрация и какие цели она преследовала, ясно изложил по ее окончании депутат Меир Поруш («Яадут-а-Тора»).

— Мы показали, сколько людей можем вывести на улицы, и это только начало! — сказал он. — Решение, принятое советом, в который вошли представители «литовского» направления, почти все течения хасидизма и лидеры сефардских евреев, однозначно: если уголовные санкции останутся в силе, ни один ешиботник не явится на призывной пункт. Если их всех станут сажать, тюрьмы просто не выдержат. Вдобавок мы тоже молчать не будем. Страна может быть ввергнута в хаос. Неужели этому кому-то нужно?! — Помолчав минуту, Поруш добавляет: — Впрочем, я не думаю, что даже если этот закон будет принят в нынешнем виде, его станут реально исполнять. Напомню, что в свое время Бен-Гурион провел закон об обязательном прохождении альтернативной службы девушками из религиозных семей, но затем у него хватило государственной мудрости не требовать неукоснительного исполнения этого закона. В результате сегодня девушки, которые хотят пройти такую службу, делают это, а кто не хочет — не делает. С законом о всеобщем призыве в итоге, думаю, будет то же самое. Если, конечно, у нынешних лидеров есть хотя бы малая доля той мудрости, какая была у Бен-Гуриона.

Завершилась демонстрация, как уже было сказано, веселым танцем. Танцевали все — старые и молодые, сефарды и ашкеназы. «Нам с вами трудно понять, как можно вот так только что чуть ли не рыдать в микрофон, а через пять минут плясать и веселиться», — сказал один из телекомментаторов. Не знаю, не знаю… Лично мне понять это было нетрудно. Все происходило очень по-еврейски, и я почему-то сразу вспомнил старую идишскую песню:

Ребе велел петь и веселиться,

Потому что впереди плохие времена…

Может, все дело как раз в том, что светская часть израильского общества настолько отдалилась от всего, что связано с еврейской традицией и культурой, что попросту уже не может понять носителей этой традиции и культуры?

Говорит и показывает Тель-Авив

Тель-Авив наблюдал за происходящим в Иерусалиме по телевизору. Владельцы некоторых кафе даже вынесли телевизоры на улицу — для удобства клиентов. Я расположился за столиком в одном из кафе на улице Ибн-Гвироль и стал внимательно прислушиваться к комментариям его посетителей.

Надо заметить, что слово «паразиты» было в их беседах самым употребительным, хотя звучали и слова покрепче. Терпкий запах хорошего кофе смешивался в воздухе с запашком агрессивности, которой, судя по транслирующимся кадрам, и в помине не было на улицах Иерусалима.

— Это ж надо, сколько их вышло на демонстрацию в рабочий день, в рабочее время! Сразу видно, что они нигде не работают! — произнес за спиной мужской голос.

Признаюсь, в этот момент мне захотелось обернуться и спросить, что сам этот человек делает в тель-авивском кафе в рабочий день, в рабочее время, но я удержался.

Большинство собравшихся, надо заметить, сходились во мнении, что сажать этих паразитов в тюрьму за отказ от службы все же не совсем демократично, а потому лучше просто лишить их бюджетов, а деньги отдать тем, кто служит.

— Когда они и их дети начнут подыхать с голоду, они сами побегут в армию. Когда у них начнет бурлить в кишках, им станет не до их Торы! — убежденно произнес мужчина средних лет.

— Нет, надо сажать! Обязательно сажать! — закричал его собеседник. — Дешевле забить тюрьмы этими паразитами, чем платить им пособие. А если и после тюрьмы откажутся служить, их надо просто вышвыривать из страны, чтобы не сидели на нашей шее!

Эта мысль понравилась многим сидевшим в кафе. Все стали оживленно обсуждать, как было бы здорово, если бы ультраортодоксы начали в массовом порядке покидать страну и их вообще не осталось бы в Израиле. Мне очень хотелось вмешаться в этот разговор, но у меня просто не хватило мужества. К тому же было ясно, что переубедить в чем-либо этих людей невозможно, они уверены в своей правоте с истовостью подлинных фанатиков.

Что ж, давайте представим на минуту, что ультраортодоксы в самом деле решили в массовом порядке покинуть Израиль и вдобавок объявить, что они не считают его еврейским государством, во всяком случае, с такими евреями, как они, Израиль не имеет ничего общего. В этом случае миру предстоит решить, что же это за государство Израиль и насколько обосновано нынешнее требование нашего премьера признать еврейский характер этого государства и считать его национальным домом еврейского народа. Конечно, многие израильтяне заявят, что они и есть самые что ни на есть настоящие евреи. Но вот когда мир встанет перед дилеммой, кто же является настоящим евреем, лидер партии «Еш атид» Яир Лапид и его сторонники, или, скажем, тот же Меир Поруш со своими избирателями-ортодоксами, трудно сказать, к какому именно выводу он в итоге придет. И если сегодня Израилю с причиняет столько неприятностей кучка членов секты «Нетурей карта» и сатмарских хасидов, то что же будет, когда от него отвернутся все ультрарелигиозные евреи?

Вдобавок Израиль — в случае принятия закона о призыве в формулировке партии «Еш атид» — окажется единственной страной в демократическом мире, где за желание посвятить жизнь изучению Торы можно оказаться в тюрьме. Это однозначно покушение на свободу вероисповедания и нарушение прав человека. Лучший повод для введения экономических санкций просто трудно придумать.

И наконец, не следует забывать, что именно ультраортодоксы играют сегодня решающую роль в той демографической войне, которая продолжается изо дня в день. Если они в массовом порядке покинут страну, то уже через десять, максимум пятнадцать лет большинство населения Израиля будут составлять арабы. Еще через двадцать лет они займут большинство мест в кнессете (или как он там станет тогда называться?). Свою лепту в этот процесс, безусловно, внесут и различные правозащитные организации, ставящие своей целью изменение национального состава страны и превращение Израиля в мультикультурное общество и «государство всех граждан». Для этого им достаточно будет добиться принятия закона о предоставлении гражданства детям гастарбайтеров и статуса беженцев для мигрантов с последующим предоставлением гражданства по американской модели.

Вот такое светлое будущее — так сказать, еш атид — намерены уготовить нам. Во всяком случае, тот же Яир Лапид по окончании массовой молитвы в Иерусалиме заявил: она лишь показала, что «светское население не может нести на своей спине такое количество ортодоксов», и теперь он тем более полон решимости добиться массового призыва.

Извините, господа, но меня в такое будущее почему-то не тянет. И потому мне остается надеяться, что здравый смысл победит, и проблема призыва ешиботников в ЦАХАЛ будет решена как-то по-другому.

Ребе велел петь и веселиться,

Потому что впереди — плохие времена…

Служу еврейскому народу

Накануне демонстрации многие бойцы ультраортодоксального батальона «Нецах Иегуда» подали просьбу разрешить им участвовать в демонстрации. Они объяснили, что ни в коем случае не поддерживают лозунги уклонения от призыва, но считают призыв под страхом уголовного наказания неправильным и хотят выразить солидарность со своей общиной. Разумеется, в этой просьбе им было отказано. Но в те часы, когда шла демонстрация, на базу батальона прибыл начальник генштаба Бени Ганц, чтобы поговорить с бойцами.

Ганц ни слова не сказал о демонстрации и своем к ней отношении, и это было правильно. Вместо этого он говорил о том, какую важную роль играет батальон в деле охраны поседений Иудеи, Шомрона и Израиля в целом. О том, что угроза существованию еврейского народа сохраняется, она существует ежедневно, и отражать ее надо всем народом. О том, что он хочет видеть в армии ешиботников и обещает сделать все, чтобы помочь им вести привычный образ жизни и чтобы по окончании службы они остались ортодоксами.

Это были верные слова, сказанные в нужное время. Это был тот самый призыв к диалогу, к которому оказались не готовы некоторые политики.

Даешь всеобщее равенство!

Среди сотен отзывов, написанных в Интернете по следам демонстрации ультраортодоксов, мне особенно запомнился такой: «Чего вы привязались к харедим?! Если вы требуете службы в армии для всех, то пусть она и будет для всех. Начать призываю с израильских арабов и светских уклонистов, которых тоже более чем достаточно, — десятки тысяч! Я хочу посмотреть, как наши политики примут решение сажать их в тюрьму! Вы требуете лишить их бюджетов и пособий? Тогда это тоже должно распространяться на всех — на тех же арабов, на хронических безработных, на людей, получающих пособие по старости, ни одного дня не проработав в Израиле, и т.д. Эй, политики, принимайте закон, но закон, который касается всех, а не отдельных групп населения! Я хочу посмотреть, какой вопль тогда будет стоять! А теперь, евреи, я скажу вам вот что: без Торы и тех, кто ее изучает, нет и еврейского народа. Это я вам говорю как светский человек. Так что оставьте харедим в покое или попытайтесь с ними нормально договориться».

Так что, похоже, трезвые еврейские головы в этой стране еще есть. Как с кипой на ней, так и без кипы.

«Новости недели»

Иллюстрация: фотобанк «Исрагео»

About Dmitry Khotckevich

Check Also

Рами КРУПНИК | Дискриминации нет?

Известный израильский адвокат — о воспалении дружбы народов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *