Понедельник , Декабрь 18 2017
Home / Израиль / Джудит Резник. И след ее растаял без следа…

Джудит Резник. И след ее растаял без следа…

ПЕРВАЯ ЕВРЕЙКА В КОСМОСЕ

Вспоминая Джудит Арлин Резник

Леон РОЗЕНБЛЮМ, Нетания

Фото NASA

Через четыре дня после трагической гибели космического корабля “Челленджер”, 1 февраля 1986 года в городе Акроне, в синагоге “Бейт Эль”, сотни людей, том числе 20 астронавтов НАСА, приняли участие в траурной службе. “Она преодолела страх неизведанного, чтобы пролить свет на наш путь”, – сказал собравшимся рав Давид Горовитц. Это была дань памяти астронавтки Джудит Резник, первой еврейки, поднявшейся на околоземную орбиту

Джудит Арлин Резник родилась в Акроне (штат Огайо) 5 апреля 1949 года. Апрель – памятный месяц для еврейских пионеров. В апреле 1654 года первые еврейские колонисты проделали путь к берегу Нью-Амстердама, будущего Нью-Йорка. В апреле 1909 года еврейскими “халуцим”, первопроходцами из Европы, прибывшими в Палестину, был основан Тель-Авив.

Дедушка Джудит не зря носил фамилию “Резник” – по профессии он был шойхетом. Яков Резник и его жена Анна в конце 1920-х перебрались из Киева в Палестину. Их семейный союз дал шестерых детей. Несколько их детей, включая отца Джуди, Марвина, получили большую часть образования в Палестине. Сам Марвин учил иврит и Тору в Хевронской ешиве. Однако вскоре после Хевронских погромов в 1929 года Резники перебрались в США.

Когда Джуди Резник была маленькой, каждую пятницу она с родителями приезжала в Кливленд, что лежал в 30-ти милях от Акрона, на шаббатную трапезу. Бабушка Анна, которую внучка называла “Бабби”, зажигала свечи. Дедушка Яков и отец Джуди Марвин славились как отличные “домашние канторы”.

С самого раннего возраста Джудит была очень развитой – в детский сад она пошла сразу в среднюю группу. Она уже умела немного читать. С отцом они всегда были лучшими друзьями: еще совсем малышкой она пыталась помогать отцу чинить электроинструменты, а он мастерил для нее разные забавные устройства. Он любил дочку, и всегда ее опекал и направлял.

С матерью она не была так близка. Сара Резник, в прошлом секретарь суда, пыталась тоже чему-то учить дочь: кулинарии, игре на фортепиано, а позже – машинописи и стенографии. Но у нее был строгий характер – в ее системе воспитания не было места нежностям и шуткам. Все это душило любовь между дочерью и матерью. Впрочем, благодаря настоянию матери Джуди стала почти профессиональной пианисткой.

Придя в первый класс начальной школы “Фэйрлоун”, она произвела большое впечатление на учителя своим развитием, как и на учителя в воскресной еврейской школе общины “Темпл Бейт-эль”, где ее обучали ивриту и еврейской культуре. Ее первая учительница, Беа Поллак, вспоминает, что Джуди была серьезней, чем все остальные ученики. Вместе с тем, она оставалась милой, дружелюбной, озорной. Ей нравилось все, связанное с иудаизмом.

Марвин Резник, профессиональный оптометрист, в свободное время служил кантором в синагоге. Выросший в Палестине, он остался привязанным к ивритской и идишской культуре. Дочку он называл “Ктана” (ивр. “маленькая”), также иногда звали ее и двоюродные сестры. Джуди нравилось это прозвище, и она подписывала им письма к отцу, иногда используя английский аналог: “Литтл”. К отцу она часто обращалась: “Аба”. 6 апреля 1962 года она отпраздновала свою бат-мицву – на год позже положенного, но тогда это было новшеством.

В 1966 году Джуди поступила в среднюю школу “Харви С. Файрстоун”. Ее учительница Бертон Уайллфорд позже заметила, что “она была лучшей, во всем, что делала”. Между тем отношения между ее родителями настолько ухудшились, что превратились в настоящую войну.

После своей бат-мицвы Джуди продолжала изучать иудаизм. С учебой в школе и уроками фортепиано у нее было мало времени, так что ей подчас приходилось делать уроки в автобусе. Она еще успевала ходить на курс рава Лерера, который включал еврейскую историю, религию и этику, традиции и церемонии.

В эти годы Соединенные Штаты, состязаясь с Советским Союзом, делали первые шаги по освоению космического пространства. Америка стремилась на Луну, космические полеты были у всех на устах. Несмотря на то, что Джуди не выказывала особого интереса к космической программе, ее всегда восхищали тригонометрические преобразования, теоремы и формулы…

Разумеется, в том возрасте ее больше занимала не космическая программа и не вопросы мироздания, а совсем иные проблемы. Как многие девчонки, она хотела иметь короткие прямые волосы, и накручивала свои кудри на пустые банки из-под сока, и даже пыталась разгладить их электроутюгом.

Ей исполнилось 15 лет, и она с трудом делила себя между двумя интересами: мальчиками и книгами. Отношения с родителями не улучшил выбор Джудит: ее юношеской любовью стал молодой человек по имени Лен Нахми. Как это нередко случается, он, кажется, был во всем противоположностью Джуди. Она была лучшей ученицей класса – а он был третьим с конца в своей школе. Она была дочерью высокооплачиваемых родителей с высшим образованием, он – сыном рабочего-резинщика с фабрики в Акроне. Она была из религиозной семьи со строгими традициями, он же был наполовину ирландцем, наполовину – ливанцем. В глазах Марвина и Сары Резник он вообще был арабом. Не ладя между собой во всем, супруги тут проявили редкостное единодушие.

Познакомившись на баскетбольном матче, Джуди и Лен начали встречаться. Несмотря на то, что Лен не был блестящим учеником, он брал уроки полетов на самолете, и мечтал о карьере авиатора. Марвин и Сара требовали от дочери прекратить свидания с ним, но Джуди только смеялась и убегала. В конце Сара и Марвин объявили Джуди, что она больше не сможет встречаться с Леном. После этого ей приходилось немало ухищряться, чтобы продолжать свидания с юношей втайне от родителей.

И как раз в этот период родители Джуди, наконец, развелись. Джуди предпочла бы жить с отцом, но суд, разумеется, решил дело в пользу матери. Теперь Сара продолжала все больше требовать от дочери прекратить встречаться с Леном Нахми. Джуди устала от этого противостояния и уступила. В итоге, роман угас, и оба скрепя сердце решили расстаться…

Джуди продолжала учиться, изучая помимо обычных школьных предметов дополнительно французский язык и химию. При выпуске из средней школы она получила один из самых высоких баллов – более 800 (по всей стране такой балл ежегодно получали не более десятка учеников). И еще – покидая колледж, она обратилась в суд с просьбой перевести ее под опеку отца.

Заканчивая среднюю школу, Джуди обдумывала, не пойти ли ей по пути профессиональной пианистки. Но, с другой стороны, ей нравилась наука. Посоветовавшись с отцом, она выбрала путь не совсем обычный для девушки в 1966 году – она решила изучать математику и точные науки.

Джуди выбрала университет “Карнеги-Меллон” в Питтсбурге, известный как “Карнеги-Тех”, превосходную в смысле науки школу. У нее хорошо шла математика, а после встречи с Майклом Олдаком, который специализировался в электротехнике, она открыла для себя, насколько интересным может быть практическое приложение точных наук.

С Майклом Олдаком Джуди начала встречаться в университете. В отличие от Лена, он был хорошим студентом, общительным и компанейским. Кроме того, он был евреем. Джуди было с ним хорошо. Как и она, он был серьезным и целеустремленным. Вдвоем они гуляли вокруг кампуса, зачастую в сопровождении большой собаки по имени Элисса. Иногда они ездили в дом ее отца в Акрон, и там Джудит иногда мельком видела Лена Нахми…

Джуди училась блестяще, войдя в пятерку лучших студентов в своей специализации. Она вышла в большой мир с отличным дипломом и обручальным кольцом на руке – 14 июля 1970 года Майкл Олдак стал ее мужем. Церемонию бракосочетания провел рав Абрахам Феффер.

Джуди и Майкл переехали в Нью-Джерси, где они оба начали работать инженерами в известной компании “Ар-Си-Эй” в Мурстауне, в 10 милях от Филадельфии. Джуди стала сотрудницей отделения радаров для военных ракет. Ее работа включала связанные с космосом проекты, разработку общей конструкции систем контроля радаров. Так она впервые в своей деятельности соприкоснулась с космосом.

Джуди продолжала работать в “Ар-Си-Эй”, теперь уже в Спрингфилде, штат Вирджиния. Она получила магистерскую степень в Университете Мэриленда, и начала готовиться к докторату. В 1974 году она стала инженером-биомедиком в лаборатории нейропсихологии Национального института здоровья. Подобно отцу, он выбрала оптические исследования: изучение влияния электротока на сетчатку.

В 1975 году Майкл и Джуди развелись – их брак не устоял перед различиями в жизненных целях. Майкл желал завести детей, Джудит же была полностью увлечена своей научной карьерой. Вскоре после развода она послала открытку Лену Нахми: “Я свободна”.

Джудит не отличалась мечтательным характером и, в отличие от многих будущих астронавтов, с детства не засматривалась на звездное небо. Целеустремленная, практичная, она всегда стояла твердо на земле. И мысль стать астронавтом не приходила ей в голову до тех пор, пока она не увидела объявление в холле своей фирмы: Национальное управление по аэронавтике и космосу (НАСА) набирало новых астронавтов для полетов на многоразовом космическом корабле типа “Спейс шаттл”. Тогда, в 1976 году, этот корабль еще ни разу не отрывался от Земли – он только строился. Впервые космическое агентство приглашало на роль астронавтов женщин. Джудит не рвалась в звездные дали, но ее честолюбивый характер требовал попробовать что-то новое.

Когда Лен Нахми получил открытку от Джуди, он уже был пилотом “Эр Канада” и жил в Торонто. Вскоре он приехал в Вашингтон, и с жаром поддержал идею Джудит – стать астронавтом.

НАСА получило свыше 8000 заявлений (в том числе от более чем 1000 женщин). Джуди решила не отдавать свой шанс в руки провидения. В ее характере было приложить все возможные усилия к достижению цели: она занялась диетой и физическими упражнениями, стала обучаться на пилотскую лицензию. Лен следил за ее шагами, посылал ей литературу.

Вместе с Леном она “вышла” на бывшего астронавта Майкла Коллинза, участника первого полета на Луну, который тогда работал директором Национального аэрокосмического музея. Джуди просто шагнула в кабинет Коллинза и представилась: “Привет, Майк, как дела? Меня зовут Джуди Резник, и я хочу стать астронавтом”. Она также обратилась к бывшему астронавту Джону Гленну, сенатору от своего родного штата Огайо, и даже укоротила свои пышные волосы, чтобы придать себе более деловой вид.

Между тем, окончив работу над докторатом, Джуди приступила к работе в известной корпорации “Ксерокс” в качестве старшего инженера по развитию производства. В Редондо-Бич, где она поселилась, она совершала ежеутренние пробежки по берегу, улучшая свою физическую форму. Беспокоясь за свое давление, она все время его замеряла. В еде она отказывалась от любимых сладостей, налегая на протеины. Она нервничала, боясь что ее не примут – зависеть от кого-то было не в ее характере.

В конце концов, ее усилия принесли результат: она вошла в число отобранных претендентов – одной из 21 женщины. В январе 1978 года Джудит Резник, вместе с еще пятью женщинами, была зачислена кандидатом в астронавты НАСА. Она была так счастлива, что обзвонила всех, кого знала. Большинство получило ее звонок в 6 утра.

Ей было тогда всего 29 лет. Ее жалование в качестве астронавта должно было составить 42,500 долларов в год – меньше, чем она получала, работая в компании “Ксерокс”. Но для нее это уже не было главным.

Она перебралась в центр подготовки американских астронавтов, в Хьюстон. В группе из 35 астронавтов-новобранцев, где, помимо Резник, было еще 5 женщин, к ней относились с большой симпатией. Помимо всего, она выделялась незаурядной внешностью и, по мнению коллег-мужчин, вошла в “триумвират красоты” набора 1978 года.

Среди молодых астронавтов в ходу были разные забавы. Не то, что бы она была от них в восторге, но у нее всегда хватало такта не обижаться. Астронавт Майкл Маллейн, ее будущий коллега по экипажу и один из близких друзей, вспоминал: “Однажды несколько астронавтов-мужчин нашли в траве возле спортзала ужа. Они зашли в женскую раздевалку и засунули пресмыкающегося в сумочку Джуди Резник. Когда она вернулась с пробежки, все мужики приникли к двери раздевалки, как школьники. Они услышали шум воды из душа, потом вода стихла, открылась дверь душевой. Через несколько минут крик в стиле фильма Хичкока “Психо” эхом пронесся через спортзал. Озорники мгновенно испарились…”.

Будучи в прекрасных отношениях со своими коллегами, она оставалась очень сдержанной и скрытной: даже ближайшие сотрудники в Хьюстоне не подозревали, что она была замужем и развелась, и не воспринимали ее как еврейку. Но ее упорство и профессионализм быстро снискали заслуженное уважение. В конце января 1983 года Джуди позвонила отцу и сообщила, что назначена в экипаж шаттла, который совершит полет в июне следующего года. Ее включили в качестве бортинженера в экипаж для первого полета нового челнока “Дискавери”.

Накануне полета Марвин Резник с дочерью посетили рава Феффера в его синагоге в Акроне. Духовный лидер общины “Бейт-Эль” пожелал Джудит успешного полета и благополучного возвращения.

Полет состоялся после нескольких отсрочек в августе-сентябре 1984 года. Из шести членов экипажа пятеро были новичками, и только командир Генри Хартсфилд уже имел за плечами опыт полета.

На запуск Джуди пригласила отца, брата, Лена Нахми, родителей Лена, бывшего мужа Майкла Олдака (в отличие от Джудит, тот еще в детстве мечтал стать астронавтом) и свою мать. При всей негативности их отношений, Сара сильно переживала за дочь, и все видели, как она сжимала руки в молитвенном жесте во время первой отмены запуска.

“Дискавери” улетел с 4-й попытки 30 августа 1984 года. Вскоре после выхода на орбиту на Земле услышали голос Джудит: “Земля выглядит здорово!”. Резник стала второй американкой, поднявшейся в космос. В полете она занималась запуском 7-тонного спутника связи, а также интересным экспериментом – по ее команде из распахнутого отсека полезной нагрузки шаттла была выдвинута 32-метровая панель опытной солнечной батареи. Протяженная и золотистая, она сияла в лучах солнца.

Джудит взяла с собой на орбиту жетон собаки Элиссы – лохматого пса, который сопровождал ее и Майкла в прогулках вокруг “Карнеги-Меллона”. Члены экипажа приготовили ей сюрприз – спрятали за занавеской ассенизационного отсека постер с именем Тома Селлека. (Селлек, которым увлекалась Джуди, был звездой американских телесериалов). Однажды утром в ее честь ЦУП произвел побудку с помощью гимна Мэрилендского университета. С борта “Дискавери” она передала привет отцу, написав крупно на листе бумаги: “Привет, папа!”.

На 68-м часу полета снаружи “Дисквери” образовался большой ледяной нарост почти 70-сантиметровой длины, который мог повредить теплозащиту космического корабля. Джудит и командиру Хартсфилду с помощью дистанционного манипулятора – огромной механической руки – удалось сбить “сосульку”.

В полете случилась маленькая неприятность – пышные волосы Джудит, паря в невесомости, попали в механизм кинокамеры, и ей с коллегами пришлось разбирать аппарат, чтобы не сорвать намеченную съемку. Все закончилось благополучно. Полет продлился 6 суток и 56 минут, завершившись посадкой на авиабазе в Калифорнии.

…В свой второй космический экипаж Джудит была назначена за год до старта, 29 января 1985 года. Это был тот самый экипаж для полета на “Челленджере”, куда включили учительницу Кристу МакОлифф – первого “простого гражданина США”.

Несмотря на то, что Джудит, как и большинство ее коллег, была не в восторге от разрекламированной идеи НАСА по участию в полетах непрофессиональных астронавтов, она старалась помочь Кристе адаптироваться в Хьюстоне и подготовиться к полету. Она опекала ее во время тренировочных полетов на невесомость на реактивном “Боинге”, который прозвали “рвотной кометой”.

Экипажа “Челленджера” во главе с Диком Скоби должен был на орбите пронаблюдать за “хвостатой странницей” – кометой Галлея. А вся Америка ждала, как Криста МакОлифф проведет школьный урок с орбиты. Весь экипаж приобрел большую популярность. Астронавт Рон МакНейр, на вопрос, почему он не берет на борт “Челленджера” свой саксофон, шутливо ответил: “Потому что Джуди не берет свое пианино”.

28 января 1986 года Марвин и Сара Резник наблюдали запуск “Челленджера” с крыши центра управления запуском на мысе Канаверал. Им пришлось стать свидетелями того, как космический корабль на 74-й секунде подъема вдруг превратился в облако белого дыма…

Из-за низкой температуры в тот холодный зимний день подвела огнеупорная прокладка на одном из двух твердотопливных ускорителей шаттла. “Челленджер” разрушился, все семеро его астронавтов погибли… Америка погрузилась в траур.

Конгресс США посмертно удостоил Джудит Резник “Космической медали почета”. Ее барельеф выбит на памятнике экипажу “Челленджера” на Арлингтонском национальном кладбище США. Имя Резник увековечено на плите “Космического зеркала” – мемориала павших астронавтов на мысе Канаверал (там же, где теперь высечено и имя первого израильского астронавта Илана Рамона). Но у первой еврейки, поднявшейся в космос, нет могилы на Земле – тело Джудит Резник было кремировано, а прах развеян над ее родным Акроном. Словно она навсегда осталась во Вселенной…

Еженедельник “Секрет”

About Dmitry Khotckevich

Check Also

За право быть отцом

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *