Home / Актуально / Мнение / Национальный очаг неживых людей

Национальный очаг неживых людей

Нас всегда стремились убить. Нас кололи, резали, рубили, распинали, четвертовали, сжигали на кострах, расстреливали и душили газом. Если не могли убить — лишали имущества и изгоняли. Амалек, плишт, вавилоняне, персы, египтяне, греки, римляне. Христиане всех конфессий, мусульмане всех направлений, большевики, национал-социалисты… Все, кто хотел и мог. А хотели все. Как легко перечислить всех, кто мог и хотел, но как невозможно трудно вспомнить тех, кто мог и не хотел. Возможно ли это вообще…

parshoyn

Все, убивавшие нас, добивались исключительных результатов в безумном стремлении своём. Где мы только не лежим, замордованные, изнасилованные, задушенные, уничтоженные? Стар и млад, мужи и жёны. Мёртвые, но все, как один — живые! Поскольку жив дух и поэтому нас, как казалось врагам нашим, не убить никогда, сколько не убивай. Дух, думалось,не задушишь. Так казалось им всем, но так же казалось и нам. Всегда и во все времена! Как же мы ошибались в слепом и нелепом неведении своём!

И вот мы мертвы, практически все, как один. Мы дышим, смеёмся, плачем, любим, страдаем, воюем, ходим по наше живой Земле, в наше живой Стране, но мы не живые, поскольку нашлись те, кто нас убил. Те единственные, необоримые, жестоковыные, хитромудрые, высокотехнологичные, образованные, до зубов, вооружённые и самоуверенные, которые тоже не живые. Мы сами себя убили!!!

Мы рожаем живых детей и желаем им быть живыми до 120-ти,но кто из них доживает до тридцати? Очень немногие и не важно, что они выглядят живыми до глубокой старости. Первые признаки омертвения появляются уже в школе. Ещё живые наши солдаты убивают врагов наших, но мало кто из наших военных переживает рубеж командиров батальонов. Комбаты умирают, когда генералы крадут у них победу. Стыд убивает их. Неживые же генералы стыда не имут, ибо он умирает, с третьим фалафелем, поскольку живые генералы стали редкостью.

Живущие же вне армейских рамок умирают ещё раньше.

Разве мечтал Теодор Герцель о том, что помыслы его и стремления о живом народе на своей Земле приведут к тому, что пришедшие за ним, заражённые неживой идеологией, превратят «жилище для еврейского народа» в Земле Обетованной в неживой погост неживых людей? Разве таковы были грёзы его? Разве не мечтал он о справедливом Доме для живых, а не о социалистическом пантеоне для мёртвых.

Нас воспитывали так, чтобы мы вырастали мёртвыми, поскольку мёртвые ничего не просят и ими легче управлять. Только мёртвые могут умирать на работе за гроши, приходить в бараки, падать, замертво, от усталости и забываться мертвецким сном, в котором они видят себя живыми. Мёртвые не могут управлять живыми. Чтобы ими управлять их, сначала, надо убить. Только тогда они не смогут протестовать.

Но мы не обычный народ. Мы, все, поголовно, возвращенцы. Большинство из нас родились вне границ Страны и приходили в Страну, ещё живые, волнами репатриации, в течение десятков лет. Приходя пешком, сходя с трапов кораблей и самолётов, не замечали мы, что большинство официальных лиц, встречающих нас, мертвы и живые новоприбывшие их совершенно не устраивают, поскольку живых нельзя построить и они не станут маршировать под бодрые звуки мёртвых речёвок, слетавших с мёртвых уст, подёрнутых тленом.

Кто не хотел умирать — протестовал ногами и уезжал, если могли, те же, кто не мог уехать, либо умирал, либо жил «еле-еле душа в теле», оставаясь, при этом, живыми, но безвестными. Потом ехать стало некуда, поскольку в Европе убивали даже мёртвых, не говоря уже о живых. Выжившие же живые, пережившие и страстно желавшие жить, приезжая, становились «мылом» в глазах местных мёртвых. Большинство оставшихся в живых остались живыми, поскольку этих, которых убивали изо дня в день, невозможно было убить уже ни чем.

Потом стали приезжать-приходить беженцы из арабских стран, голые и босые, в массе своей. Не желающие становиться мёртвыми «марокканцы» восстали и за это, мёртвая Голда назвала их несимпатичными (ло нехмадим). В 70-х годах прибыли 100000 «русских», но кто, как не мы, знаем, как мало, из них, остались живыми…

Потом приехали мы и Страна содрогнулась!!! Нас было столько, что убить всех не мог никакой МААРАХ!!! Даже, несмотря на огромные потери в наших рядах, со временем, популяция беспросветно мёртвых стала систематически сокращаться. Практически все зомби дышат на ладан: Гистадрут, Сохнут, Авода, МЕРЕЦ… Сколько их осталось? И они не могут нам этого простить, поскольку способность прощать — прерогатива живых!

Берегите их, они имеют права занимать своё место в пищевой пирамиде но, умоляю вас, внимательнейшим образом следите за их популяцией, ибо только жёсткий контроль над падальщиками может указать им на ИХ МЕСТО.

Не позволяйте оставшимся в живых евреям становиться неживыми израильтянами!!!

Не дайте им нас Убить!!!!

источник

About Dmitry Khotckevich

Check Also

Рита, на выход!

Во вторник утром, на взлетное поле израильского аэропорта Бен-Гурион приземлился белоснежный лайнер, из которого вышла …

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *