Вторник , Февраль 19 2019
Home / Авторское / Еврейские местечки. Еврейские кварталы

Еврейские местечки. Еврейские кварталы

Когда-то так казалось,
что всюду будут вечно
еврейские кварталы,
еврейские местечки.

Адольф Берлин

Сады, дома, крылечки
уже давно пропали:
разгромлены местечки
и взорваны кварталы.

Потом в Стране Советов
то, что ещё осталось:
молитвы и заветы
местечек и кварталов,

писатели, поэты,
театры и газеты, –
под гнётом и запретом,
под прессом оказалось…

Разбитые кварталы
и стёртые местечки –
души мемориалы,
что погрузились в вечность.

В окошке узком догорела свечка…
И пусть давно всё в запустенье тут,
мы родом из еврейского местечка,
отсюда корни наших душ растут.

С нас спрос иной: мы с самого начала
огромный путь Истории прошли.
Мы вышли из еврейского квартала
и разошлись по всем концам Земли.

Понять бы, что досталось нам в наследство,
о чём нам горны прошлого трубят,
как сочетать друг с другом цель и средство,
где наш исток, где нынче наше место
и что оставим мы после себя.

gur

Эдуард Гуревич

World, blown Holocaust. 
Jewish Market in the Shtetl.
100х90cm. oil on canvas

* * * * * * * * * * * * * * * * * *

Не заблудиться б во времени,
не затеряться б средь прочих…
Быть без корней и без племени,
жить без традиций нам проще.

Проще не слышать, не слушая,
легче не думать, не каяться.
Только теряется лучшее,
если впадают в беспамятство.

Не посещают сомнения
не приходящих в сознание.
Горестен путь поколения –
от амнезии к незнанию.

* * * * * * * * * * * * * * * * * *

Ушедших еврейских местечек душа –
в сердцах моего поколенья.
В тот говор, в тот юмор, в ту боль, не дыша,
мы входим, как просят прощенья.

Еврейских местечек печален удел:
когда-то стремились оттуда,
теперь заглянуть бы туда хоть на день,
но нет их, и больше не будет.

Тут были свои мастера и певцы,
торговцы на улочках тесных,
свои сумасшедшие и мудрецы,
артисты и клейзмер-оркестры.

И мудрость, и юмор, и радость, и грусть
впадали там в песни, как в море.
Их помнили – с детства ещё – наизусть
и пели в веселье и в горе.

Тут плакала скрипка у каждых дверей,
молилась еврейская мама,
а Тевье-молочник растил дочерей
и верил в их счастье упрямо.

Плыл в праздник косяк фаршированных рыб,
форшмак – кулинарное чудо,
и цимес с жарким у паштетной горы,
и чай ароматный под струдель…

Еврейских местечек святая печаль
на сердце останется шрамом:
их в гетто сожгла раскалённая сталь,
чтоб стать кровоточащей раной.

За стенами гетто не слышно шагов:
там жизни погасли, как свечи.
От целых общин не осталось следов,
от бывших еврейских местечек.

С заброшенных кладбищ, с могил тут и там
взлетают испуганно птицы.
Лишь редкий паломник приходит сюда
за нас и за тех помолиться.

About Dmitry Khotckevich

Check Also

Владимир РАБИНОВИЧ | Все люди — евреи

Фантасмагория овировских времен

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *