Воскресенье , Август 25 2019
Home / Актуально / Мнение / Критика чистым разумом…

Критика чистым разумом…

Критики много и вся она такая пылкая, что уже и даже не верится. Дело в том, что критика сама по себе может быть куда более весомым показателем успеха, чем иная похвала. Тут вопрос в том, кто критикует. А от иных и похвалу услышать — позору не оберешься. 

Адаса ФАЛЬК

Адекватность оценок эффективности политиков в Израиле уже давно дает сбой. Как, например, можно всерьез говорить о том, что тот или иной политик хорош для Израиля по той простой причине, что он, дескать, “принят” в Европе или в Америке. Само выражение уже начинает смешить — надо же — “принят”. К очередному европейскому двору? За кого это его там приняли? Неужели за своего? Иными словами, господин не выделяется в общей массе политиков, последовательно проводящих в жизнь европейские политические ценности. А кто-нибудь задумывался, в чем они сейчас состоят? То, что сейчас они состоят в немалой степени в поддержке наших врагов и отрицании за нами самого базового права человека — права на выживание — одно это со всей настоятельностью должно показать нам, что израильский политик не может и не должен быть приятным Европе. Европейский политик — да, на здоровье, пусть продолжает и дальше вести свой народ по пути цивилизационного и экономического коллапса. Это их дело, их выбор, лемминги тоже зачем-то в природе существуют. Еврейский политик, ведущий себя схожим образом, должен вызывать у израильтян, как минимум, настороженность. Мало нам в Европе объясняли на протяжении двух с лишним тысяч лет, что мы им не нужны и не интересны? Что изменилось за это время? Только одно — у нас теперь снова есть свое государство, есть свои политики, от которых мы с полным основанием вправе ожидать защиты наших, а не чужих интересов в мире.

Но наша общая еврейская беда в том, что нам очень хочется быть европейцами. Я не понимаю, зачем нам ими быть, если мы — не они. Но это так. Это наша беда. Это наша огромная проблема. Потому что мы никогда не станем европейцами. И еще потому, что нам совершенно не нужно ими становиться. Мы евреи и это не так страшно, как может сперва показаться. Наши светские политики зачастую просто соревнуются в европейскости. Во-первых, это смешно — еврей, все таки, скорее, азиат. Во-вторых, опасно — у Европы совершенно другие интересы, нежели у Израиля. В-третьих, просто противно — возникает стойкая ассоциация с собачкой, просящей вкусняшку на задних лапках. Видимо, где-то на подсознательном уровне наши “европейцы” это понимают — потому-то такую искреннюю ненависть и отторжение вызывает у них еврейский политик, посмевший быть самим собой и показавший Израилю, что это хорошо. То, что при этом политик не в расписном халате и при окладистой бороде, а во вполне европейском костюме, вероятно, вызывает у “истеблишмента” некое внутреннее сопротивление и даже где-то обиду. Европейский прикид — это их спецодежда, а Северный Тель-Авив — это их район. Все остальные не имеют права быть такими же прогрессивными, они это первыми застолбили.

Израильские журналисты, как люди, несомненно, прогрессивные во многих отношениях, тоже не избежали соблазна казаться европейцами. Во всяком случае, складывается впечатление, что интересы Европы или Америки представлены и отстаиваются в израильских СМИ куда более последовательно, нежели интересы собственной Страны. Дать ясную картину ситуации в странах Запада — задача, несомненно, сама по себе хорошая и нужная. Но остановитесь на этом, господа. Не поддавайтесь соблазну чувствовать себя европейцами настолько, чтобы начинать ненавидеть Израиль. Жажда следовать тропою — впрочем, какая там тропа, это уже автобан — европейских леммингов толкает нашу журналистскую братию порой на удивительнейшие штуки. Вот, как всегда, отличился Гаарец, призвав на борьбу с мировой синагогой. Ах, хороша терминология! Очень, очень по-европейски прозвучало. Я бы даже сказала, с немецкой четкостью формулировок. Ну, ашкеназы, что уж тут… Вы знаете, отчего, оказывается все проблемы Израиля? Нет, ну то, что от нас с вами, это понятно. А еще? А вот: “в Израиле не произошло подлинного отделения религии от государства… Синагога (в отличие от церкви) не были отдалены от политики” [*]. Вот в просвещенной Европе церковь отделили (в отличие от синагоги) и кушают теперь варево светской толерантности большими ложками. Многие уже страдают серьезной непереносимостью одного только вида всей этой… кухни. Мне что-то кажется, что надо подождать с призывами громко стучать ложками по столу. Давайте еще понаблюдаем, как скоро свято место христианства в Европе перестанет быть пусто под наплывом ислама. Природа пустоты не терпит и времени у нее сколько угодно. Это у нас его почти нет.

Да, так вот, вернемся к нашим баранам. Критику можно принять во внимание, если она конструктивная и в ней отсутствуют общие фразы наподобие “его слова противоречат базовым правам человека и принципу равенства перед законом”. Вроде, сказано красиво и надо всячески осуждать — а за что именно, не понятно! Что вообще такое, эти самые “базовые права”? Ни разу не помню случая, чтобы Либерман покушался на, допустим, чье-то право на жизнь или на неприкосновенность жилища. Не замечен он также и в нарушении прав на неприкосновенность частной и личной жизни (в отличие, кстати, от своих пылких обвинителей из СМИ!). А вот право на справедливое судебное разбирательство, каковое также относится к базовым правам человека, как раз таки в отношении Либермана активно нарушается [**]. Так кто у нас там громче всех обычно кричит “держи вора!”? СМИ кричат? Кстати, напоминаю, заодно уж, что в списке тех самых столь пылко любимых лево-либералами “базовых прав” числится еще одно: “Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц”. И именно это пытается донести до вашего восприятия Авигдор Либерман. Как говорится, не за наш счет, господа, не за наш счет!

Я также против невнятных осуждений Либермана в каких-то неподдающихся определению грехах — например, прозвучало странное обвинение, что вот, “толстокожий”. При этом понятно, что толщину собственно кожного покрова Авигдора Либермана никто из журналистов не измерял, так что речь, как нам следует догадаться, ведется о некоем недостатке изысканности. Вы знаете, не знаю, как вам, а мне данное качество кажется, скорее, на пользу Израилю. Если его будущий глава станет поменьше трепетного внимания обращать на то, что скажет по поводу его решений и действий “европейский истеблишмент”, то ему сразу станет как-то полегче в принятии разумных решений в пользу Израиля. Так что ничего, переживем небольшой недостаток изысканности на личном уровне.

Понятно, что множество врагов в израильских масс-медиа Либерман нажил еще и тем фактом, что он последовательно выступает за ограничение журналисткой вседозволенности и безнаказанности. Речь при этом вовсе не идет о “покушении на святая святых демократии — свободы слова”, как нам старательно объясняют в сто первый раз. Либерман пытается настоять на том, что необходимо хоть немного отдавать себе отчет в том, что ты — таки да — четвертая власть. И в качестве этой власти у тебя должна быть ответственность за свои действия. И прежде всего — за бесконтрольное распространение информации, которая, вырвавшись на страницы и экраны СМИ, моментально становится достоянием не только и исключительно израильского общества, но и всех окружающих его друзей и врагов. И начинает работать против нас. В принципе, понять это несложно, и я ни в коем случае не верю, чтобы возмущающиеся журналисты этого не понимали. Речь, соответственно, идет просто о мелких личных и профессиональных амбициях, разумное ограничение которых воспринимается настолько остро, что оборачивается порой откровенной травлей в СМИ. Не будем в данном случае говорить о морали, хотя и ее еще никто не отменял. Но в ситуациях, когда речь идет об опасности государству, я целиком и полностью за ограничение доступа к важной и стратегической информации. И никакие ложно понимаемые “демократические ценности” не оправдывают в этом случае сознательного риска жизнями и безопасностью собственных граждан и собственного государства. Журналист волен сколько угодно рисковать собственной жизнью или отдельной частью тела ради эксклюзивной информации или смачного репортажа — его право. Но только своей — не чужими. Особенно, когда это жизни солдат, которых он может с легкостью подставить своим “актуальным репортажем непосредственно с места событий”.

То, что израильские СМИ ведут себя все чаще не лучшим образом в ситуациях, когда речь идет о безопасности Страны или ее граждан (что, впрочем, взаимосвязано) давно не секрет. Фраза “со ссылкой на высокопоставленный израильский источник” уже стала классической, в том числе, о сливе информации во время военных действий. Впору задуматься, что таки да, был смысл в тех блеклых советских плакатиках, где были написаны сакраментальные слова: “Молчи, тебя слушает враг!” Мы-то над ними дружно хихикали, что в пионерском детстве, что став постарше, да и дохихикались до того, чтобы уже в Израиле понять, насколько порой опасна болтливость, особенно высокопоставленных или имеющих доступ к секретной информации людей.

Дискуссия вокруг дела Анат Кам наглядно показала, насколько в Израиле недооценивают проблему доступа к информации недобросовестных людей. Весомая часть населения Страны совершенно искренне недоумевала: “Да что она такого сделала!?” Из идейных соображений продала энное количество жизней израильских мальчиков и девочек одного с ней возраста, а так ничего. Точного количества проданных я еще не знаю, да и никто не знает, это выяснится во время тех военных действий, когда они погибнут от рук врага, вооруженного, кроме собственно оружия, еще и информацией, которую ему любезно предоставила госпожа Кам. Тогда и узнаем точное количество.

Традиции и масштабы “слива” в израильские СМИ информации, закрытой “по умолчанию” например, о ходе следствия и т.п., просто потрясают. Уж на что была Россия местом, где продается всё и вся, а и то соблюдались там какие-никакие приличия в этой деликатной области. Фраза “преступником человека назвать может только суд” действовала отрезвляюще на самые буйные головы. В Израиле же лепят ярлыки с полнейшей легкостью, а, главное, с безнаказанностью. Журналист, особенно левый (не знаю, насколько порядочность является непременной чертой правого лагеря, но как-то всё больше замечена именно там) может распускать язык как угодно длинно и валять в грязи смачно. А по выяснению реальных обстоятельств дела лишь мило улыбается, даже не потрудившись извиниться. И тут же переключается на следующее “редакционное задание”. В этом контексте становится понятен хоровой вой об “удушении свободы слова”, поднятый, как по взмаху дирижерской палочки (впрочем, почему “как”?) и всё именно левой прессой. Потому что именно она давно и прочно попутала свободу слова с безнаказанностью. Потому что именно в ней журналисты взяли на вооружение “тяжелую артиллерию” западных левых либералов: городи о несогласных с тобой любую чушь, приписывай им всё, что взбредет в голову. А при малейшей попытке возразить или опровергнуть кричи о “фашизме, расизме, нацизме” и о покушении на “основные свободы общества” (то есть, эта братва на голубом глазу равняет себя со всем обществом в целом). И беги в суд за защитой.

Израильская Фемида, от рождения слепенькая на левый глазик, сейчас всё больше напоминает специально прижмурившегося жулика. Неравномерность приговоров, относящихся к представителям левого и правого лагеря, порой потрясает. Та же Кам отделалась 4,5 годами при светивших ей 18. К такому приговору мог привести и один похищенный документ. Мадемуазель же, как заправская сорока, таскала в клювике секретные документы в коммерческих количествах. Аж две с половиной тысячи. Очень работящая попалась девушка! Но она действовала “по идеологическим причинам”, что послужило оправданием в глазу Фемиды. Вы представляете себе такое во время любой из европейских войн? Предательство стало возможным оправдать, если оно совершено левым по убеждению. Ничтожная (по всем параметрам) часть населения Израиля, которыми можно заполнить несколько средних по размеру кафе, пытается силой навязать свои вкусы и пристрастия всему обществу. Естественно, для них-то новый закон о клевете смерти подобен. И не только потому, что привыкли врать настолько, что удержу нет. Но еще и потому, что и 100%-но чистые левые суды в последнее время стали давать слабину и трещины, сквозь которые в закрытые прежде учреждения из окружающего их реального израильского общества начинает проникать — о, ужас! — правизна, более того — поселенцы (что я считаю настоятельной необходимостью, потому что не может более, чем 300-тысячная общность Израиля не быть представленной в высшей судебной власти). То есть, уже с полной вероятностью не отмажут. А тут надо понимать еще такой момент. Если ранее обращение в суд с невнятной патетикой по поводу “покушения на основные свободы” и “базовые права” срабатывало на ура, чем предоставляло практически безупречную возможность убрать с дороги всякого, кто не вполне доволен безудержной толерантностью к кому угодно, кроме большинства граждан собственной Страны, то теперь все не так просто. Потому что факт клеветы имеет возможность доказать и левый, и правый и центрист. То есть придется просто прекращать клевету, потому что она уже подсудна и невыгодна экономически. Кстати, что характерно, правая журналистика как-то быстро примирилась с необходимостью отвечать за свои слова и особо не возражает против закона.

Несколько неожиданным оказался отказ в поддержке Либермана части израильской “русской улицы” [***]. В чем причина? Причины надо искать там, откуда приехали. Во-первых, отчасти это банальный страх. Страх, что нас теперь “не будут любить из-за Либермана” — да, да, приходилось слышать и такой смехотворный аргумент. А раньше нас кто-то сильно любил, пока не появился Либерман? Господа, здесь Восток — здесь не любят, а уважают. Во-вторых, странное отсутствие уверенности в собственных силах (что вообще характернейшая черта русскоязычных). Выражается это обычно так: “Ну, куда нам лезть в политику? Нам бы тут потихонечку работать да подрабатывать — вот и слава Б-гу”. Всегда хочется в ответ спросить: “А зачем тогда вообще уезжали? Разве там не было прекрасных возможностей “потихонечку подрабатывать”?”. С этими чертами галута ничего, к сожалению, не поделаешь, изживание их — лишь вопрос времени. В чем еще беда “русской улицы”, помимо прочих ее бед? Наша улица, вволю нагалутничав, приняла еще несколько пренеприятнейших “доисторических” черт. И среди них две особенно отвратительные: 1) бей своих, чтоб чужие боялись; 2) а также лютейшую зависть к чужому успеху. А уж если успех постиг кого-то из своих, то всё — не простят. Ибо — не высовывайся. Больно умный. И чересчур успешный. А то, что успехом обязан самому себе — так и вовсе непереносимо обидно. То есть он, негодяй, лишил даже возможности сказать: “Да знаем мы, кто его за шкирку вверх тянул!” А вот тут не знают. Точнее, знают, что сам себя, да кто ж признается-то?

Эта неистребимая галутность нашей родимой “русской улицы” не напрочь, но в немалой степени лишает Либермана неотъемлемого ресурса любого израильского политика — поддержки своей общины. У многих “русских” проголосовать за своего, успешного, рука не поднимается, в прямом и в переносном смысле. Они лучше за чужого, но не за своего “выскочку”, голос отдадут. За какого-нибудь потомственного европейски-ориентированного ашкеназа. А потом будут в очередной раз испытывать на прочность стенки и лбы, видя, как их в 101 раз “подло кинули”. Но “подло кинуть” можно только один раз. В последующие разы это будет уже не подло, а глупо. Причем глупость будет за электоратом, как это ни обидно.

В этом контексте остается только еще раз удивиться короткой памяти моих бывших и нынешних соотечественников. Сколько левая пресса вылила на “русскую алию” грязи и презрения. Сколько инициировано несправедливости и вранья в наш адрес. А вот, поди ж ты — не иссякла святая вера в правдивость любого печатного слова. Воистину, назови самую лживую газету мира “Правдой” — и поверили. И здесь верят. Верят, что “Гаарец” представляет собой всю Землю Израиля, а не улицу Шенкин. Верят, когда со страниц газет и Интернет-сайтов льются потоки грязи в адрес самых успешных представителей “русской улицы”, бизнесменов и политиков. В плане отслеживании реакции “русской улицы” познавательно ознакомиться с комментариями читателей на статьи в Интернете. Вот если честно, отличие только одно — что они в Интернете. А так, как был “суровый осуждам-с”, вплоть до требований “немедленно расстрелять”, в 1937-м, так он и дожил до 2011-го. Видимо, в данном случае потребуется побольше, чем 40 лет, для очистки поколения от скверны.

По отношению к Либерману все чаще заметно странное желание израильских, в том числе и ряда русскоязычных, СМИ ущучить. Зачем — хороший вопрос. На самом деле ответов масса, от банальной недальновидности, отчаянного стремления “быть, как все” прочие израильские СМИ (где считается хорошим тоном пнуть Либермана), попыток “вписаться в мейнстрим” (очень любит часть наших журналистов это волшебное слово — “мейнстрим”!), ну и материальных благ и стимулов еще никто не отменял в нашей суровой действительности. Вот, например, речь шла о недавнем “конфликте с Моссадом”, причем это подавалось не как некая несогласованность в действиях нескольких сотрудников Моссада и МИДа (что имело место в действительности), а именно как конфликт лично Либермана с Моссадом. Почувствуйте разницу: во-первых, само слово “конфликт” — нас уже пытаются подвести к мысли, что имел место некий скандал. Далее, нас неуклюже подталкивают к тому, что вот — опять Либерман наскандалил. И, наконец, святое для большинства израильтян, в том числе и русскоязычных, слово — Моссад. Один из самых эффективных защитников интересов Израиля в мире. И с ним, со священной коровой посмел скандалить Либерман?! Скажите, это насколько пренебрежительно надо относиться к собственному читателю, чтобы пытаться скормить ему такую полупереваренную жвачку?

Или вот цитата: “Сообщение “Едиот Ахронот” о его конфликте с “Моссадом” Либерман в эфире русскоязычного “Первого радио” назвал “началом большой разнузданной кампании против НДИ”. В ивритоязычной прессе глава МИД таких комментариев не делал и сообщений о своем разрыве с “Моссадом” не опровергал”. Ничего крамольного лично я в таком раскладе не нахожу. Правда, непонятно, на каких основаниях во фразе наличествуют кавычки? Это именно начало большой разнузданной кампании против НДИ, кавычки тут совершенно лишние. И, очевидно, что Авигдору Либерману куда важнее мнение своих — “русской улицы” — потому он и апеллирует в первую очередь к нам. А вы что хотели бы — чтобы он бросал все силы на реверансы перед кем угодно, кроме “русских”? По-моему, четко заявить о своих электоральных приоритетах — хороший шаг, ясно показывающий всем нам, кого Либерман считает наиболее важной для себя часть израильского общества. На тех, на кого он намерен работать, в конце концов. Вам это не нравится? Тогда вы вправе поискать для себя другую партию, возможно, она представит ваши интересы наилучшим образом. Кто бы это мог быть, интересно? Не “Авода” ли? Один раз вас уже уговорили отдать ей свои сердца и голоса. Чем кончилось, помните? Вашими руками и голосами израильские политиканы провернули соглашения Осло. Или, может быть, “Кадима”? Ничего не буду говорить по поводу ее лидера. Даже не потому, что сказать-то особо нечего. Напомню вам только одно — что самого презрительного отношения и самых унизительных кличек русскоязычные удостаивались именно со стороны тех, кого в этой партии большинство — ашкеназских сабр. А дальше смотрите сами. Я всегда стою за бОльшую самостоятельность мышления. И рассчитываю на здравомыслие “человека с улицы”, особенно с “русской”. “Ликуд” до недавних пор был, несомненно, вне конкуренции, когда дело касалось симпатий русскоязычных израильтян. Что же случилось впоследствии?

Во-первых, у нас сейчас есть свой лидер и своя партия, которые способны (что очень важно в данном контексте, потому что русскоязычные секторальные партии были и ранее) отстаивать наши интересы, не забывая об интересах всего Израиля в целом [****]. Во-вторых, “Ликуд” уже не тот. Тенденция любой из “общеизраильских” партий помнить о чьих угодно интересах, кроме русскоязычных израильтян, стала уже привычной и печальной реальностью. Опросы показывают постепенное понижение ранее очень высокой поддержки “Ликуда” и ее лидера Биньямина Нетаниягу нашей улицей. Постепенное — потому мы легко очаровываемся и долго и тяжело разочаровываемся, в том числе и в политических пристрастиях. Это эффект “доброго барина”, со временем проходит. Времени же, тем не менее, у нас уже не так много. Выборы не просто не за горами. Зная нашу израильскую действительность, нельзя не учитывать ситуацию, когда выборы могут случиться достаточно внезапно. И тогда на нас, русскоязычный электорат, обрушится со страниц и экранов (в том числе компьютерных) СМИ мутный вал пиара (ни в коем случае не информации — потому что информация — это нечто хоть в малейшей степени соответствующее действительности). И мы, как у нас принято, “примем решение сердцем”. А решения лучше принимать головой. И заранее. Когда есть возможность спокойно оглядеться, вдуматься в ситуацию и поступающую информацию о партиях и политиках. Сравнить, сделать выводы, принять решение. Исходя из собственных интересов, а не из интересов вот этой симпатичной блондинки, того импозантного господина или вооон того благочестивого старца. И не из интересов их электората.

Или вот очередное замечательное по своей искреннему простодушию заявление, на сей раз Эфраима Галеви: мы, русскоязычные евреи, являемся главной стратегической угрозой существованию Израиля. Тем, что слишком, видите ли, настаиваем на своем еврействе. И пора уже, дескать, всему прогрессивному еврейству Израиля, в лице светских политиков и ультрарелигиозного сектора, сплотиться в едином порыве для защиты Израиля от нас с вами. Напомню, это заявление не Ицика с шука, который волен, в принципе, городить все, что в голову взбредет, в пределах слышимости вокруг своего прилавка, а бывшего главы Моссада (да-да, того самого, у которого недопонимания с Либерманом) и Совета национальной безопасности Израиля. То есть вот, на своем месте человек — четко знает угрозы национальной безопасности: главная — это мы с вами. Наше присутствие в Стране. Ныне этот господин с безупречно-ашкеназской благообразной внешностью — глава центра стратегических исследований в Еврейском университете. Так сказать, пашет и удобряет ниву стратегии в Государстве Израиль. Так что быть нам еще долгие годы главным врагом народа Израилева. В стратегической перспективе, так сказать.

Но вот что мне особенно понравилось во всей этой в целом крайне неприглядной истории, так это сетования Галеви на “отсутствие лидеров как в среде политиков так и в среде ультраортодоксов”, дабы успешно справиться со “стратегической угрозой” (то есть, с нами). Ничего, у нас-то лидер имеется. Так что, господа, продолжайте опасаться, мы становимся силой, с которой вам придется считаться. Наша алия перестает быть бессловесной. И в этом, действительно, есть резон для опасений тем, кто привык бесконтрольно распоряжаться нами и нашими голосами.

И еще важный момент в такого рода выборе: что готов сделать тот или иной политик для нашей общей Страны. Мы никогда не забываем, что живем в одной, единой для всех (что бы там ни считал себе господин Галеви и иже с ним) и, главное, очень небольшой Стране, находящейся в весьма непростой международной ситуации. И именно поэтому востребованы особые качества еврейского лидера — твердость, даже жесткость в отстаивании интересов евреев. Не менее важна способность выстраивать прочные связи и отношения на международной арене. Именно в этом Либерман особенно преуспел. Могу честно признаться, что мне, человеку, изрядную часть профессиональной жизни проработавшей именно в системе международных связей, защитившей по этой теме диссертацию, было крайне интересно и поучительно наблюдать за процессом выхода Авигдора Либермана в совершенно новую для него и (поверьте на слово!) очень специфическую сферу деятельности — международную политику. Его “промахи”, так старательно раздуваемые ладно иностранной — но еще израильской и, что самое печальное, русскоязычной, прессой, не такие уж промахи, какими их пытаются нам представить. В международной политике нет, и не может быть совпадающих целей, могут быть временно совпавшие интересы. И то, что вторая сторона назовет наглостью или промахом, для нас является эффективным отстаиванием наших интересов за рубежом. Почувствуйте разницу!

Вообще, у меня складывается впечатление, что мы наблюдаем следование Либерманом принципу “сопротивление злу силою”. Я не могу сказать, знаком ли он с трудами философа Ильина, немалая часть которых посвящена данной теме, или же дошел до этого самостоятельно. Но и не могу с открытой душой утверждать, что категорически с этим принципом не согласна. Да что уж там, признаюсь честно — я уверена, что только так и можно. От представителей “русской алии” часто можно слышать, что они чувствуют себя в Израиле людьми второго, а то и третьего сорта, что их много — миллион, что им надо объединяться. А делать не пробовали? Не просто говорить, на кухнях или на форумах, а проголосовать? Не распыляясь на партии религиозные — да понимаю я, что они хорошие, да только не будут они за интересы “русских”, никогда не будут. Не увлекаясь сладкими речами израильских “западников”. Оставьте уже эту советскую привычку трепетать ноздрями при малейшем ветерке с Запада — оттуда всяким тянет, не только розами. Не нужно продолжать верить возгласам о “всеобщем равенстве и братстве” — нам ли, в СССР жившим, не знать, чем это всегда заканчивается. Верьте тем, кто говорит конкретно и подкрепляет свои слова делами. Тому, кто успешен сам — с ним и вы станете успешнее. А все остальное зависит только от вас. Если вы не за себя, то кто же будет за вас? Если вы за других, то кто же будет за вас? Если вы за себя, то кто может помешать вам?

И как раз тот страх, который испытывают противники перед возрастающим влиянием личности Либермана, говорит нам о правильности и эффективности его методов. Европейски-ориентированным израильским политикам стало нечего противопоставить откровенно заявленной Либерманом готовности действовать в пользу Израиля. Думаю, не нужно лишний раз объяснять, что интересы Израиля — это наши с вами интересы. Мы должны думать о своих интересах, потому что именно они являются интересами нашего государства. Мы — это оно, по-другому быть не может и не бывает. Поддержка Либерману нужна здесь и сейчас, внутри Израиля, наша, на своей “русской улице”. А на международной арене он и сам справится, он уже показал свою способность находить для Израиля друзей и партнеров по реальным интересам, а не по лишь декларируемым “демократическим ценностям”. Я не против этих ценностей, как таковых, но против того, когда моему государству вредят их именем.

Политика, живущая лишь защитой абстрактно понимаемого гуманизма вообще, демократических ценностей вообще, прав человека вообще, обречена на провал. Политик, лишь угождающим всем и каждому, также обречен на провал. Лишь имеющий силу воли на собственное вИдение проблем и их решений способен вести государство к успеху. Проблема Израиля сейчас в том, что лево-ориентированные либералы, как в политике, так и в СМИ, категорически не готовы признавать свою неправоту, прибегая для удержания власти, в том числе и над умами, к любым, порой не совсем достойным методам. Вообще же, традиционные левацкие истерики по поводу “монстра правого лагеря” стали уже столь же сильны и роскошны, сколь и искусственны. Так и тянет спросить: “Что ж вы так убиваетесь?! Вы ж так не убьетесь!”

источник

About Dmitry Khotckevich

Check Also

Рита, на выход!

Во вторник утром, на взлетное поле израильского аэропорта Бен-Гурион приземлился белоснежный лайнер, из которого вышла …

One comment

  1. Полностью согласен со статьёй Адасы Фальк. Но могу её дополнить утверждением, что главный враг внутри Израиля тысячи ортодоксальных евреев, которые на работают, не служат в армии, а только заняты бесполезными молтвами. Жертвы холокоста молились почти все, но это не спасло их от смерти. Властям Израиля для блага Израиля пора призвать ортодоксов к порядку!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *